Мы в соцсетях

Города

Города воинской славы, получившие это почетное звание за мужество, стойкость и героизм жителей,
проявленный в борьбе за свободу и независимость Отечества
Колпино
Город воинской славы Колпино
Номер указа о присвоении звания: N 587
Дата указа о присвоении звания: 05.05.2011 г.
  • Город Колпино в годы Великой Отечественной войны

    В городе Колпино - центре одноименного района г. Ленинграда - накануне Великой Отечественной войны проживало 45 тысяч человек. Почти половина населения работала на градообразующем предприятии - Ижорском заводе. Несмотря на то, что на большую часть занятых на заводе распространялась так называемая "бронь", в первые недели войны ижорцы подали 6 000 заявлений с просьбой отправить их на фронт. Тысячи колпинцев и ижорцев ушли в Красную Армию, вступили в ряды местных добровольческих формирований.

    С июля 1941 года начали создаваться оборонительные рубежи Слуцко-Колпинского укрепленного района, на его строительстве которого ежедневно после основного рабочего дня работало до 6 000 колпинцев, из них 2 500 сотрудников Ижорского завода, а также служащие городских учреждений, домохозяйки, старшеклассники. За два месяца (июль-август) были вырыты два противотанковых рва, построено 214 дотов, 214 блиндажей, 60 пулеметных гнезд, 120 километров траншей, 15 тысяч погонных метров щелей для укрытия населения, 52 газо- и бомбоубежища. На передовой было подготовлено 40 бронированных командно-наблюдательных пунктов, 300 огневых точек, установлено 3000 бронированных щитов, врыто в землю 67 танковых башен, прорыто два противотанковых рва. Эти сооружения в значительной мере предрешили исход битвы за Ленинград на колпинских рубежах.

    В последней декаде августа 1941 года 16-я армия вермахта возобновила наступление вдоль железной дороги Москва-Ленинград. Оборонявшие этот участок ослабленные и потерявшие единое управление соединения 48-й армии Северного фронта беспорядочно отходили. 25 августа советские войска оставили станцию Любань Октябрьской железной дороги, в течение 28 августа противник последовательно занял ближайшие к Колпину населенные пункты: Тосно, Саблино и Красный Бор.

    В ночь с 28 на 29 августа 1941 года навстречу наступающему противнику на окраину Колпина вышел отряд ижорских рабочих, возглавляемый председателем райисполкома А.В. Анисимовым. Они приняли первый бой с фашистами, предотвратив захват города. В тот день линию обороны в 4 километрах от города вместе с отрядом Анисимова заняли истребительные батальоны, рота дивизиона НКВД по охране завода, взвод 2-й учебной автоброневой роты с пятью броневиками.

    Городские формирования ополченцев героически сдерживали натиск хорошо подготовленного противника, отстаивая рубежи обороны. Так, 4 сентября 1941 года бойцы, одетые в рабочую одежду, вооруженные учебными винтовками, без поддержки артиллерии, выдержали 8-часовой бой на окраине поселка Ям-Ижора. К 8 сентября ранее сформированные подразделения Анисимова, Водопьянова и Кудрявцева были объединены в Отдельный батальон ижорских рабочих, впоследствии 72-й ОПАБ (Ижорский батальон). Ожесточенные попытки противника захватить город продолжались в течение сентября. Так, в ночь на 16 сентября фашисты предприняли попытку прорвать оборону на южных окраинах Колпина. В ходе боя, длившегося почти двое суток и временами переходившего в рукопашные схватки, бойцы колпинских формирований удержали свои рубежи. 20-21 сентября Ижорский батальон в ходе наступательных действий отбросил фашистов за второй противотанковый ров.

    Документально подтверждено, что с 29 августа по 30 сентября 1941 года на колпинских рубежах Ленинградского фронта воинских соединений Красной Армии не было; оборону держали только формирования добровольцев из числа рабочих Ижорского завода и жителей Колпино.

    Лишь в начале октября 1941 года ряды защитников города пополнила 125-я стрелковая дивизия 55-й армии Ленинградского фронта. С 29 августа 1941 года по 23 января 1944 года линия фронта - часть ленинградского блокадного кольца - находилась в 3-4 километрах от центра Колпина. Каждый житель города, по сути, находился на передовой.

    Утром 29 августа 1941 года в Колпине разорвался первый вражеский снаряд, и с этого момента начались систематические обстрелы города и Ижорского завода. Последний вражеский снаряд разорвался 23 января 1944 года. За 900 дней блокады на территорию города было выпущено 140 939 снарядов и 496 авиабомб.

    Самым опасным участком Колпина был бульвар Свободы - городская магистраль, проложенная по верху главной заводской плотины. Это был единственный мост, связывавший берега реки Ижоры, с оживленным движением. Враг не жалел снарядов и мин, пытаясь вывести плотину из строя, разрушить водоводы. Колпинцы прозвали этот участок "перешейком смерти". К концу октября 1941 года почти все население города перебралось жить в землянки и бомбоубежища. В Колпине оборудовали 12 больших и 40 относительно небольших убежищ; за каждым был закреплен врач.

    Постоянные обстрелы приводили к многочисленным пожарам. Большинство городских зданий было деревянными, поэтому наибольшую опасность представляли зажигательные снаряды. Обычно фашисты начинали обстрел с них, чтобы вспышки пожаров помогали им корректировать стрельбу. Пожарная служба Колпина была разбита на мобильные группы, которые по первому сигналу выезжали на место возгорания. С наступлением зимы из-за замерзшего водопровода огнеборцы стали использовать для тушения снег. За первые полтора года блокады пожарные Колпина ликвидировали свыше 250 крупных возгораний; 15 лучших сотрудников были награждены орденами и медалями. Сотрудники Колпинского районного управления пожарной охраны Д.Т. Белоконь, И.М. Заморин и другие стали снайперами. На их счету десятки убитых фашистов.

    Особенно тяжелой была первая блокадная зима. Сильные, до -40 градусов, морозы; высокая смертность населения от голода. С 11 сентября 1941 года нормы продажи хлеба снижались 4 раза. С 20 ноября они были установлены на самом низком уровне: 250 г на карточку рабочих, 125 г на карточки служащих, детей и иждивенцев. Только с 25 декабря нормы были увеличены. Нормы продажи остальных продуктов также были ничтожны, а в декабре 1941 года их по карточкам вообще не продавали. Жители Колпина пробирались на находившиеся на окраинах города, рядом с фронтом, совхозные поля, где остались неубранными картофель, кормовая свекла и капуста. Многим из них эти вылазки стоили жизни. Овощи собирали и бойцы Ижорского батальона. Зимой 1942 года голод косил людей больше, чем обстрелы и бомбежки. По воспоминаниям колпинцев, переживших блокаду, на приготовление пищи шли коровьи шкуры, картофельные очистки, столярный клей, обои с остатками клейстера, ремни, машинное масло.

    В апреле 1942 года Колпинский райисполком предоставил предприятиям, организациям и учреждениям земельные участки севернее Колпина под огороды. С первых чисел мая с Большой земли прислали семена: редиску, свеклу, турнепс, брюкву, капусту. Землю обрабатывали вручную под артиллерийским и минометным огнем, при авианалетах. Приходилось работать рано утром, поздно вечером, а, чаще всего, ночью. Для выращивания овощей были приспособлены заводские теплицы. Было освоено 73 гектаров, собрано 171 тонна овощей. Более 2,5 тысяч человек смогли получать в заводских столовых по 300 г овощей в день.

    В мае 1942 года Колпинский трест столовых организовал лечебное питание в специальном зале столовой N1 при фабрике-кухне. Лечебное питание как дополнительное выдавалось на основании заключения медицинской комиссии. Кроме лечебного, было организовано и рационное питание (по карточкам).

    Весной 1942 года главной проблемой стала очистка улиц от трупов убитых и умерших от голода. С 27 марта по 15 апреля 1942 года все население в свободное от основной работы время работало на очистке улиц, дворов, бомбоубежищ. В мае 1942 года пустили баню, в одном из убежищ открыли парикмахерскую. 1 мая начал работать кинотеатр, но когда начинался обстрел, зрители бежали в убежище.

    Городские учреждения работали с двойной нагрузкой, обслуживая наряду с гражданским населением и военнослужащих. Только в первые месяцы обороны медицинские учреждения оказали помощь 2680 военнослужащим Колпинского участка фронта. Работа Колпинской городской больницы была перестроена на оказание хирургической помощи по типу медсанбата. После неоднократных прямых попаданий снарядов в здание больницы операционный блок был оборудован в подвальном помещении. Ежедневно проводилась эвакуация раненых в Ленинград. Весь штат был переведен на казарменное положение. Врачи терапевтического отделения проделали огромную работу по предотвращению эпидемий дизентерии и брюшного тифа.

    Руководство Колпинского Районного Комитета Красного Креста организовало и подготовило 14 сандружин, 2 группы медсестер. Обучаясь на курсах медсестер, сандружинницы готовились к службе в действующей армии, но когда фронт подошел к городу, их мастерство и самоотверженность понадобились мирному населению. Сандружинницы, организованные в звенья, были закреплены за определенными микрорайонами города. На свои участки они выходили после каждого обстрела, оказывая помощь раненым, выявляя оставшихся сиротами детей. Самоотверженный труд сандружинниц спас жизни тысячам горожан, помог избежать эпидемий.

    Сандружинницы, закрепленные за убежищами, помогали больным, отправляли заболевших в больницы, читали газеты, проводили политинформации, водили и носили людей в бани, боролись с вшивостью, раздавали лекарства. Командир сандружины, работавшей в убежище под Колпинторгом (сейчас - Колпинский Дом торговли, ул. Труда, д.7/5), Надежда Мясникова обратилась к председателю Колпинского райисполкома А.В. Анисимову с просьбой изготовить и поставить в бомбоубежищах баки для кипячения питьевой воды. Анисимов договорился с Ижорским заводом, и вскоре кипятильники из оцинкованного железа по эскизу Мясниковой стояли почти во всех убежищах.

    Сандружинниц часто вызывали на передовую. За годы блокады они оказали помощь 1200 раненым бойцам; около 11 тысяч человек колпинцев было спасено ими в городе. 56 колпинских сандружинниц было награждено орденами и медалями.

    Огромную помощь в поддержании систем жизнеобеспечения города оказывали бойцы местной 212-й роты МПВО, 85% состава которой составляли женщины в возрасте от 18 до 25 лет. В состав МПВО входили подрывники, связисты, саперы, наблюдатели, химический взвод. В условиях постоянных обстрелов связисты ежедневно по нескольку раз выходили на линии и восстанавливали связь. Подрывники обезвредили более 12,5 тысяч неразорвавшихся вражеских артиллерийских снарядов, мин, авиабомб. Саперы не только обезвреживали снаряды, но и восстанавливали дороги, мосты, больницы, школы, бытовые предприятия. Личный состав подразделений МПВО занимался расчисткой завалов и восстановительными работами, использовался на заготовке дров, ремонте водопровода, захоронении погибших, эвакуации населения.

    В первую блокадную зиму колпинские учителя работали в бомбоубежищах. 3 мая 1942 года в здании школы N400 открылись занятия Колпинской блокадной школы. 475 детей с 1 по 9 класс приступили к учебе. "Школа на фронте", как сами учащиеся называли свою школу, не только давала знания, но, прежде всего, помогала выжить, поддерживала моральный дух маленьких колпинцев. Школа работала и после массовой эвакуации 1942 года, днем в ней занимались оставшиеся в городе дети, по вечерам учились подростки, работавшие на ижорских производствах.

    Летом 1942 года в короткий срок из Колпина было эвакуировано 27 тысяч человек. В справке по итогам перерегистрации паспортов жителей города от 30 июля 1942 года значится, что в Колпине проживает 4145 взрослых и 272 ребенка. Оставшиеся колпинцы работали на Ижорском заводе, хлебозаводе, обслуживали транспорт, линии связи, больницу, другие учреждения.

    Все тяготы блокадной жизни колпинцы перенесли наравне с ленинградцами. Немецко-фашистским войскам так и не удалось вступить на территорию города. Воины-ижорцы, части Красной Армии, гражданское население совершили настоящий подвиг, отстояв родной город и Ижорский завод, заслонив собой Ленинград.

    Колпинская земля обильно полита кровью. На территории города существует несколько воинских захоронений, есть кладбища, на которых похоронены жертвы блокады - колпинские жители, погибшие от голода, болезней, тяжелых ранений. Самая большая братская могила расположена на производственной площадке Ижорских заводов у цеха N44: здесь покоится прах 5,5 тысяч воинов и мирных жителей, кремированных в печах Ижорского завода. Кроме официальных мест захоронения, в окрестностях нашего города есть сотни безымянных могил героических защитников Колпина, взывающих к нашей памяти.

    Согласно статистике, на 1 января 1944 года в городе Колпино проживало 2 196 человек. Из 15 тысяч рабочих Ижорского завода, ставших солдатами, с войны вернулся лишь каждый четвертый. Убытки от разрушений составили 520 809 926 рублей в ценах 1944 года. Городскому хозяйству был нанесен значительный ущерб; полностью уничтожены: городские магистрали, система канализации, детские дошкольные учреждения, клубы, электросеть, учреждения торговли и быта, зеленые насаждения. Например, в 1940 году жилищное хозяйство насчитывало 2 190 домов, после снятия блокады в Колпино осталось 323 дома, но и они требовали ремонта.

    Колпинская земля воспитала Героев Советского Союза, получивших это звание за подвиги в годы Великой Отечественной войны. Вот их имена: Леонид Жолудев, Александр Косарев, Николай Орлов, Михаил Панов, Владимир Рогозин, Алексей Тазаев, Александр Товпеко, Борис Шабан.

    Особенно ценными представляются свидетельства военных лет, когда о подвиге колпинцев говорили по горячим следам. Так в феврале 1942 года на торжественном собрании, посвященном награждению работников ленинградской промышленности, секретарь Ленинградского горкома ВКП(б) А.А. Кузнецов сказал: "Ижорские рабочие не пропустили у Колпино немецкие войска. Трудящиеся завода организовали отряды, поставили свои броневики, которые производили в массовом количестве, окружили Колпино густой сетью дерево-земляных и бетонных сооружений, поставили свои пушки. В шляпах, кепках, демисезонных пальто, простых ботинках, в брюках навыпуск, но с винтовкой наперевес, эти герои отбили атаки немецких войск, не допустили их к Ленинграду".

    В передовой статье газеты "Правда" N235 от 23 августа 1942 года "Защищать наши города и села до последней капли крови" рассказывалось о военном опыте обороны многих городов, в том числе Колпино. В конце статьи есть такие слова: "Бесценный опыт обороны Севастополя, Колпино, Тулы, Москвы, Ленинграда… должен быть использован широко, быстро и продуктивно".

    Война еще не закончилась, а колпинцы стали восстанавливать свой город и Ижорский завод. Летом 1944 года первую плавку дала первая восстановленная мартеновская печь. Тогда ленинградская газета "Смена" писала, что на берегах Ижоры совершен новый подвиг, равный фронтовому.

    В 1985 году за заслуги в обеспечении Советской Армии и Военно-Морского Флота в годы Великой Отечественной войны Ижорский завод был удостоен ордена Отечественной войны I степени.

    В 1999 году город Колпино, единственный из городов-пригородов, занесен в Золотую книгу Санкт-Петербурга за подвиг колпинцев во время Великой Отечественной войны и за значительный вклад в развитие Военно-Морского Флота России.

    Литература:

    1. Бранц Л.Ю. Бурим Л.Д. Колпинская больница. СПб, 2003.
    2. Бурим Л.Д. Колпино. СПб, 2003.
    3. Водопьянов Г.В. За Родину, за свой завод. // Заслон на реке Тосне. Сборник воспоминаний. СПб.: Политехника, 2003.
    4. Газета "Правда". 1942, 23 августа. N235 (9006).
    5. Колпино - город воинской славы. Альбом. Составители: Л.Ю. Бранц, Л.Д. Бурим, Г.А. Ефимова. СПб, 2012.
    6. Крюковских А.П. Оборона Ленинграда: сентябрь сорок первого.//Новый часовой. 1998, N 6-7.
    7. Кутузов Е.В., Ефимова Г.А., Ирклей А.С. Ижорский завод. Часть II. Лениздат, 1974.
    8. Помним. Колпинская книга памяти. СПб, 1995.
    9. Сизенов Е.П., Ефимова Г.А., Иволга Р.С. История Колпина. СПб, 2007.
    10. Сизенов Е.П., Ефимова Г.А., Иволга Р.С. Подвигу твоему, Колпино. СПб, 2010.
    11. Сорокин С.В. Отряд Анисимова. // Заслон на реке Тосне. Сборник воспоминаний. СПб.: Политехника. 2003.
    12. Спасов О.Б. Полыханье. Девчонки на войне. Лениздат, 1989.
  • Увековечивание памяти (Основные памятники и монументы, связанные с ВОВ)

    Многие памятники Колпина входят в состав "Зеленого пояса Славы". Это - комплекс мемориальных сооружений на линии бывшего переднего края обороны Ленинграда в годы блокады.

    На линии "Зеленого пояса Славы" в 1967 г. создан памятник "Ижорский таран". Архитектор Ю.В. Комаров.

    Первый памятник в Колпине был установлен сразу после окончания войны на территории Ижорского завода у цеха N2 (теперь N44) на захоронении, где покоится прах 5,5 тысячи человек кремированных весной 1942 года в заводских печах. Это был небольшой обелиск с установленными на постаменте холостыми снарядами. В 1969 году в канун 25-летия полного снятия блокады он был заменен новым памятником с вечным огнем. Архитектор З.С. Моисеева. Скульптор Л.Г. Могилевский.

    К этому же времени относится и установка памятника на братском захоронении (888 человек) перед домом N19 по улице Веры Слуцкой. Это место первых массовых захоронений в нашем городе. Архитектор О.Б. Голынкин.

    Братское захоронение на границе Колпина и АСХО им. Тельмана возникло в 1941 году. Но, начиная с 1995 года здесь производились подзахоронения останков воинов, обнаруженных поисковиками на местах боевых сражений. Всего здесь покоятся останки 1100 человек.

    Крупное захоронение (2784 человека) на Загородной улице - Балканское мемориальное кладбище. Здесь хоронили в течение всей блокады. Архитектор О.Б. Голынкин.

    В 1959 году на бульваре Свободы, прозванном в годы блокады "перешейком смерти", установлена мемориальная стела в честь ижорцев - защитников колпинских рубежей. Архитектор М.А. Шепилевский.

    7 мая 2010 года на улице Оборонной состоялось открытие мемориала "Аллея Славы", именно здесь проходил передний край обороны, и именно здесь ижорцы и колпинцы стояли насмерть. Архитектор монумента В.В. Шакин.

  • Заслуги города Колпино в военной истории России. Наиболее значимые военные события

    Колпинская земля овеяна славными боевыми традициями. Здесь, в устье реки Ижоры, в 6 километрах от современного города Колпино, 15 июля 1240 года дружина новгородского князя Александра Ярославича разгромила шведское войско, пришедшее покорять Русь. Эта битва вошла в историю как Невская битва, а молодой князь - защитник русских земель - после победы стал зваться Невским. На примере героев Невской битвы воспитывались и воспитываются многие поколения россиян. В поселке Усть-Ижора Колпинского района бережно сохраняется мемориальная зона "Невская битва"; жителями района восстановлена заложенная Петром Великим церковь во имя Святого Благоверного Великого князя Александра Невского на месте Невской битвы.

    Город Колпино был основан на берегах реки Ижоры - притока Невы - в 1722 году как селение при Адмиралтейских Ижорских заводах. Заслуги города в военной истории России - это не только героическая оборона колпинских рубежей в годы блокады Ленинграда, но и весомый вклад Ижорских заводов в создание отечественной военной техники.

    Ижорские заводы развивались как многопрофильное металлургическое и машиностроительное предприятие и до 1918 года выполняли, в основном, заказы русского военного флота. Адмиралтейство получало из Колпина пиломатериалы для строящихся деревянных кораблей, железные и медные обшивные листы, якоря, якорные цепи, паровые машины и механизмы, навигационные приборы и инструменты. Со второй половины XIX века Ижорские заводы стали специализироваться на выпуске корабельной брони и судостроительной стали. В Колпине, на Ижорских заводах построен первый русский колесный пароход "Скорый" (1816 г.); винтовые канонерские лодки для флота, участвовавшего в Крымской войне; здесь строились миноноски и миноносцы, воевавшие в русско-японскую войну. Ижорский завод стал основным поставщиком брони для линкоров Черного и Балтийского флота, строившихся в 1910-х годах. Тогда же впервые в России ижорские судостроители отправили на флот караван из 5 тральщиков - новый тогда класс кораблей, предназначенный для ведения минной войны. В 1910-1913 годах Ижорский завод построил дирижабли мягкой конструкции "Голубь", "Сокол", "Альбатрос", принимавшие участие в боевых действиях Первой мировой войны.

    Мировая война изменила ассортимент выпускаемой продукции. В действующую армию ижорцы поставляли снаряды разных калибров, бомбометы, огнеметы и минометы. Освоив производство простых снарядов, заводчане освоили выпуск светящихся, ныряющих (для защиты от мин и подводных лодок), броневых, а с 1916 года - снарядов "для удушающих газов". В бронеотделочных мастерских бронировали автомобили "рено", "остин", "фиат", "изота-фраскини", грузовики "уайт".

    Орудия траншейной артиллерии - 20-, 47- и 89-мм бомбометы и минометы конструкции капитана Е.А. Лихонина - пользовались большим спросом в войсках. Сам конструктор работал над ними совершенно бескорыстно, о чем свидетельствует письмо на завод помощника военного министра России: "Меня глубоко тронул поступок сотрудника Ижорского завода - капитана Лихонина, который, в виду тяжелого, переживаемого Россией времени, забыл о своих личных интересах и отказался от денежного вознаграждения, которое он мог бы получить за свою плодотворную деятельность. Этот поступок, между прочим, делает честь и Ижорскому заводу, который бескорыстно работал с таким полезным тружеником на пользу Отечеству".

    Заслуги Ижорского завода перед русским флотом отмечен уникальной, беспрецедентной наградой. В 1908 году по указу императора Николая II Ижорский завод, наряду с другими предприятиями морского ведомства: Адмиралтейским, Обуховским и Балтийским заводами получил право иметь собственный флаг. Основой заводского флага стал государственный флаг России. Подобный указ не имеет аналогов в царствование последнего российского монарха.

    В годы гражданской войны Ижорский завод и город Колпино стали щитом Петрограда, защитив город от войск Юденича осенью 1919 года. В заводских цехах бронировались поезда и бронемашины для Красной Армии; прокатали броневые листы для первых танков России, так называемых "Русских Рено", построенных в кооперации с заводами АМО (г. Москва) и "Красное Сормово" (г. Нижний Новгород).

    В городе Колпино было проведено 926 мобилизаций в Красную Армию (от 5 до нескольких десятков человек в каждой). Один и тот же человек мог быть призван по нескольким мобилизациям. По выполнении поставленной задачи отряд возвращался в Колпино.

    В декабре 1917 года был сформирован и отправлен на фронт отряд красной Гвардии из 80 ижорцев во главе с командиром Л. Араловым и комиссаром И. Крашинской. 1 января 1918 года на польский фронт отправился из Колпино еще один отряд под командованием И. Черневича с комиссаром Т. Пановым. В мае 1919 года отряд ижорцев, возглавляемый М.Ф. Огурцовым, вышел в Гатчину для отражения наступления войск Юденича. В него входила почти вся только что созданная городская комсомольская организация. Летом 1919 года основным фронтом Советской республики был Восточный фронт. Туда был направлен отряд ижорцев в двести человек под командованием Ф.Ф. Фадеева.

    Среди погибших на фронтах Гражданской войны колпинцев:

    • Д.М. Вересов - в1918 году под Ямбургом; до отправки на фронт - председатель коллегии комиссаров Колпинского Совдепа;
    • Д.З. Веселов - комиссар 2-й бригады 6-й стрелковой дивизии; скончался в 1920 году после ранения под Нарвой;
    • Г.Н. Кузьмин - в 1919 году в Гродненской губернии; до отправки на фронт - рабочий электрической мастерской Ижорского завода;
    • Никифор Цыкунов - в июне 1919 года был взят в плен и расстрелян колчаковцами; до отправки на фронт - рабочий Ижорского завода, член Петросовета и Детскосельского исполкома (имя Цыкунова в 1920-е годы было присвоено городскому стадиону);
    • Андрей Вавилов - в 1919 году в бою на Восточном фронте подорвал свой бронепоезд, который пытались захватить колчаковцы; до отправки на фронт - рабочий Ижорского завода (имя Вавилова было присвоено Рабочему клубу и бывшей Полтавской улице);
    • Андрей Михайлов - комиссар автокоманды штаба 4-й армии; в 1920 году погиб на польском фронте; до отправки на фронт - рабочий Ижорского завода (имя Михайлова было присвоено детскому дому на проспекте Ленина, д.10 и детскому дому в Усть-Ижоре).

    Во время наступления войск генерала Юденича на Петроград осенью 1919 года (операция "Белый меч") фронт пролегал в 6-7 километрах от Колпина. 16 октября войска Юденича взяли Гатчину, 20 октября - Павловск, Красное Село, Детское Село и подошли к Пулковским высотам. Колпино было объявлено на осадном положении, появляться на улицах позднее 9 часов вечера запрещалось, временами была слышна отдаленная канонада. Для обеспечения порядка и проведения мобилизации была созданы Ревтройка во главе с И.А. Головешко и Ревтрибунал во главе с Ермолаевым.

    3-я пехотная дивизия армии Юденича под командованием генерал-майора Д.Р. Ветренко решила нанести основной удар через Ям-Ижору на Колпино, предполагая полностью изолировать Петроград с востока. Им удалось захватить Ям-Ижору, но наступление на Колпино было остановлено Колпинской ударной группой войск под командованием полковника С.Д. Харламова. В ночь на 21 октября после получасовой артподготовки она ударила в правый фланг армии Юденича и выбила из Ям-Ижоры находившийся там 11-й Вятский полк численностью в 200 штыков. В районе станции Поповка высадился 5-й стрелковый латышский полк и ударил на Ям-Ижору слева. Железная дорога осталась под контролем большевиков. Создав значительное численное преимущество, части Красной Армии и мобилизованные рабочие начали крупномасштабное наступление по всему фронту.

    В ожесточенных боях на Пулковских высотах 21-23 октября 1919 года вместе с частями Красной Армии действовал сформированный из рабочих Ижорского завода бронеотряд "Красный колпинец" под командованием С.В. Васильева. Участвуя в наступательной операции, отряд ворвался в Детское Село. Несколько ижорцев погибло, комиссар Д.М. Веселов был тяжело ранен.

    В "Окнах РОСТА" от 27 октября сообщалось о взятии Колпинской армейской группой шестисот человек, большого количества пулеметов, орудий. Армия Юденича отступила к Гатчине, а к началу декабря 1919 года была разгромлена.

    В советское время Ижорский завод выпускал разнообразную металлургическую и машиностроительную продукцию, но оборонные заказы были постоянными.

    В декабре 1929 г. на Ижорском заводе создается опытно-конструкторское и испытательное бюро Управления механизации и моторизации (УММ) РККА, которое возглавил изобретатель-самоучка Н.И. Дыренков. Началась активная работа по проектированию опытного танка Д-4, который, к сожалению, в серию не пошел. В начале 1930-х годов в Центральной лаборатории Ижорского завода группа молодых инженеров-металлургов во главе с А.С. Завьяловым создала марку брони "ИЗ". По сравнению с освоенной заводом ранее танковой броней марки "ПИ" броня "ИЗ" была более технологичной, великолепно сваривалась, что позволило при изготовлении танковых корпусов заменить клепку сваркой. Она обладала не только противопульной, но и противоснарядной стойкостью и превосходила в этом отношении зарубежные марки брони. 17 мая 1936 года А.С. Завьялов и инженер М.Н. Попов успешно представили разработанную ими марку брони "ИЗ" в Москве на заседании Совета Труда и Обороны. В результате на Ижорском заводе была создана Центральная броневая лаборатория во главе с А.С. Завьяловым (с 1929 г. - НИИ-48; впоследствии - ЦНИИ "Прометей") - вскоре ставшая ведущей лабораторией страны по разработке специальных материалов для нужд обороны.

    Броня "ИЗ" получила широкое применение и использовалась на танках Т-34. Конструктор Т-34 М.И. Кошкин в Центральной броневой лаборатории изучал эффективность отражения противотанковых снарядов от танка в зависимости от угла наклона брони. Вскоре в Центральной броневой лаборатории впервые в мире была освоена технология производства литых (монолитных) танковых башен. 27 мая 1941 года Политбюро ЦК ВКП(б) принимает решение о производстве литой многослойной брони на Ижорском и Кировском заводах.

    В 1930-е годы Ижорский завод поставлял бронекорпуса для танков различных модификаций (сборка танков осуществлялась на других заводах), в т. ч. Т-35, Т-37, Т-100 и различных модификаций танков КВ, собиравшихся на Кировском заводе.

    В числе военных заказов Ижорского завода значимое место занимали бронеавтомобили.

    В 1928-31 годах Ижорский завод выпустил 215 бронеавтомобилей БА-27, которые поступали на вооружение Красной Армии и ОГПУ. Завод серийно выпускал бронеавтомобили Д-8, Д-12 и Д-13, спроектированные Н.И. Дыренковым. В 1933-34 годах небольшой серией был выпущен бронеавтомобиль ФАИ, спроектированный в конструкторском бюро Ижорского завода под руководством А.Д. Кузьмина.

    В 1935 г. на заводе была разработана и в 1936-м пущена в серийное производство бронемашина БА-20 на шасси автомобиля М-1.

    В 1936 году ижорцы на базе трехосного автомобиля ГАЗ разработали бронеавтомобиль БА-6, затем - его модификацию БА-6М. Всего с 1936 по 1938 год завод выпустил 386 бронеавтомобилей БА-6. Они принимали участие в боях в Испании, у реки Халхин-Гол, в войне с Финляндией и в Великой Отечественной войне.

    Модификацией БА-6 стал сконструированный в 1936 году бронеавтомобиль БА-9. В 1937-м конструкторское бюро завода разработало модель БА-10 и её модификации: модели БА-10М и БА-10жд. С 1938 по 1941 год было выпущено 3311 бронемашин этого типа. Они оставались на вооружении армии до 1943 года.

    Конструкторское бюро Ижорского завода разработало модели тяжелого бронеавтомобиля и плавающих бронеавтомобилей (БАД-2; ПБ-4; ПБ-7), но в серию они не пошли.

    В послевоенное время Ижорский завод принимал участие в создании танков, являясь основным разработчиком и поставщиком брони для Кировского завода, где эти танки собирались. Так, совместными усилиями конструкторов Кировского и металлургов Ижорского заводов был создан танк Т-80. За разработку брони для него главный металлург Ижорского завода Ю.В. Соболев в 1978 году был удостоен Ленинской премии. В 1974 году Ю.В. Соболев стал лауреатом Государственной премии за создание металла для атомных подводных лодок.

    Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР N434-214 от 19 апреля 1957 года Ижорский завод был определен головным предприятием по производству атомных энергетических установок для Военно-Морского флота. С 1964 по 1990-е годы ижорцы выпустили 200 атомных энергетических установок для подводных лодок различных проектов.

    Литература:

    1. Бурим Л.Д. Ефимова Г.А. Ижорские заводы. Исторические очерки. СПб, 1997.
    2. Кутузов Е.В., Ефимова Г.А., Ирклей А.С. Ижорский завод. Часть II. Лениздат, 1974.
    3. Сизенов Е.П., Ефимова Г.А., Иволга Р.С. История Колпина. СПб, 2007.
  • Заслуги тыла города Колпино

    Огромным подспорьем воинам, защищавшим колпинские рубежи, была ударная работа предприятий города.

    Главное, градообразующее предприятие Колпина, Ижорский завод (ИЗ), основанный по указу императора Петра I в 1722 году, был предприятием союзного значения и выполнял ответственные заказы по выпуску металлургической и машиностроительной продукции различного назначения.

    24 июля 1941 года директор завода М.Н. Попов был вызван в Кремль, где ему и директору Кировского завода И.М. Зальцману поставили задачу организовать танковое производство на Урале и в Сибири. Накануне войны, силами инженеров-металлургов ИЗ совместно со специалистами НИИ-48 была разработана новая технология выплавки мартеновской стали для выпуска танковой брони. Если раньше она выплавлялась в кислых печах, то теперь это стало возможно в основных мартеновских печах, которых в СССР было значительно больше. Отработка новой технологии велась на печи N8 ИЗ - самой крупной на заводе и наиболее характерной для советских заводов черной металлургии того времени. 8 сентября доработанные технологические карты спецрейсом были вывезены из Ленинграда и переданы в Наркомат черной металлургии для внедрения на заводах Урала и Сибири. Инженер-металлург ИЗ, лауреат Ленинской и Государственной премий, О.Ф. Данилевский вспоминал: "Это было кардинальное решение задачи производства брони на заводах черной металлургии, полностью решившее обеспечение броней нараставший выпуск тяжелых танков".

    Ижорский и Кировский заводы были переведены в Челябинск, где Ижорский организовал производство бронекорпусов, а Кировский - сборку танков. Созданный ижорцами в Челябинске завод получил номерное обозначение N200. Из заводских специалистов наркомат черной металлургии сформировал группы, направленные на различные предприятия Урала и Поволжья: в Магнитогорск, Нижний Тагил, на "Красное Сормово" (г. Горький), "Уралмашзавод" (г. Свердловск), на Кулебакский (Горьковская область) и Кузнецкий металлургический заводы, где под их руководством был налажен выпуск брони и специальных марок стали. "Все эти группы, - вспоминал бывший директор ИЗ М.Н. Попов, - сыграли исключительную роль в быстрейшем освоении бронетанкового производства. Ижорские металлурги нигде не подводили".

    30 июля 1941 года было подписано постановление Государственного комитета обороны (ГКО) "Об эвакуации Ижорского завода Наркомсудпрома", подтвержденное постановлением ГКО от 26 августа, однако уже 28 августа 1941 года в связи с подходом линии фронта к Колпину, выходит новое постановление ГКО об отсрочке эвакуации производства бронекорпусов ИЗ до особого распоряжения. Это решение было продиктовано необходимостью снабжения войск Ленинградского фронта бронетехникой. Другое ценное оборудование: прокатный стан новотрубного цеха, толстолистовой стан "4000", оборудование строящихся цехов и ТЭЦ эвакуировалось в восточные районы страны. Эвакуированный из Колпина прокатный стан новотрубного цеха ИЗ после неоднократных модернизаций работает в Челябинске и в настоящее время.

    В условиях постоянных обстрелов Колпина и уже заблокированного противником Ленинграда, Горком партии и Военсовет Ленинградского фронта принял решение о переводе станков ИЗ на освободившиеся площадки ленинградских предприятий: заводы "Арсенал», N174, N800 ("Звезда"). На площадке завода N174 в Обухове в июле 1942 года ижорцы организовали новый цех N9 (начальник - С.А. Форисенков), в августе-сентябре 1942 года из Колпино сюда перевели цеха N331 (начальник М.Г. Шендеров) и N3 (начальник Д.И. Филимонов). 18 сентября 1941 года в старо-трубном цехе ИЗ был начат демонтаж трубного стана "Штифель" с последующей установкой его на заводе "Центролит" на Выборгской стороне. Демонтаж был проведен в рекордные 42 дня, и в 1942 году стан начал катать трубы на новом месте.

    Постановлением ГКО от 4 октября 1941 года начата, приостановленная ранее, эвакуация танкового производства Ижорского, Кировского заводов и завода N174. Производство корпусов "КВ" эвакуировалось на "Уралмаш" и завод N78, производство корпусов танков Т-50 - на Куйбышевский завод особстроя НКВД, производство бронеавтомобилей - на Саратовский завод Наркомтяжпрома. 21 октября началась эвакуация специалистов ИЗ на Урал и в Сибирь. До конца 1941-го транспортной авиацией вывезено 6 тысяч ижорцев.

    Оставшееся в Колпине и в Ленинграде оборудование ИЗ и персонал работал на победу. Директором ИЗ до конца ноября 1941 года работал Михаил Николаевич Попов, затем до конца войны - Андрей Алексеевич Кузнецов. Ижорцы работали, используя металл, сваренный в мирное время. Конструкторы разрабатывали технологию производства небольших изделий: печурок, "кошек" для растаскивания проволочных заграждений, лыж для перевозки минометов и термосов для пищи, саней-волокуш, водогреек, чайников. Основное производство было сосредоточено в цехе N19 (начальник цеха П.А. Рожков).

    С началом войны завод быстро перестроился на выпуск военной продукции. Им были изготовлены практически все защитные сооружения Слуцко-Колпинского оборонительного рубежа: тяжелые доты, бронированные огневые точки и командно-наблюдательные пункты, бронещиты. Все строительство шло из ижорской брони, главным образом, из плит, прокатанных ранее и предназначенных для кораблей (около 1700 тонн), в т. ч. 400-мм броня для линкора "Советский Союз". Было налажено производство шанцевого инструмента и снабжение им людей, работавших на строительстве оборонительных сооружений. Вокруг завода, на случай прорыва противника, в том числе его танков, были вкопаны корпуса танков Т-26, установлены артиллерийские и пулеметные точки.

    На крышах высоких заводских зданий были построены площадки для установки на них зениток и пулеметов. На трубе паросилового цеха, на 65-метровой высоте, была сделана площадка, и оборудован наблюдательный пункт 12-го гвардейского артиллерийского полка. С помощью стереотруб и перископов велось тщательное наблюдение за передним краем обороны, что позволяло корректировать огонь батарей по подавлению вражеских боевых средств на расстоянии до 20 километров.

    Из воспоминаний командира отделения разведки 4-й батареи 12-го артполка М. Сташкевича: "Ни мороз, ни пронизывающий ветер, ни тяжелый запах угара, ни мерное пошатывание труб, вызывавшие головокружение и тошноту, не могли быть поводом для прекращения наблюдения… Фашисты были взбешены точностью нашего огня. Конечно, они догадывались, что так его корректировать можно лишь с самой высшей точки - верхушки трубы. На неё обрушивался град артиллерийских снарядов. Некоторые достигали цели, и прошивали трубу навылет". Труба была взорвана по решению нашего командования, когда на ней было 23 пробоины от прямых попаданий.

    С первых дней войны было налажено обучение женщин мужским профессиям: работали курсы станочников, сварщиков, крановых машинистов, слесарей. Вскоре лучшими сварщицами ИЗ и Ленинградского фронта стали Е.А. Попова и Е.М. Авдеева.

    Весной 1942-го в цеха пришли подростки. Их закрепили за высококвалифицированными рабочими, в том числе теми, кто еще до войны ушел на пенсию. Подростки становились учениками столяра, жестянщика, электросварщика, слесаря, электромонтера, работали в подсобном хозяйстве. На 1 июня 1942 года на заводе было 302 ученика 12-15 лет. Они прилежно осваивали рабочие специальности. Заводской архив хранит написанные детским почерком заявления о приеме на работу: "Я, с 1928 года рождения. Но трудно жить на одну зарплату матери, а также и ввиду питания. Отец мой в настоящее время находится на фронте, прошу не отказать в моей просьбе. Виктор Попов". Начальник цеха М.Г. Шендеров вспоминал: "Подросток-мальчик считался основной рабочей силой на производстве, но и их не хватало. Поэтому много трудилось у нас и девчат, которым было по 14-16 лет".

    В середине сентября 1942 года в Колпине оставалось только 3 действующих цеха. По состоянию на октябрь 1942-го на заводе работало 1102 человек, из них 663 женщины. Общее число работников ИЗ, включая работавших на других предприятиях Ленинграда, составляло в 1942-43 годах порядка 1700-1800 человек.

    Во второй половине сентября 1941 года ИЗ был отключен от системы Ленэнерго. Единственным источником электроэнергии стала заводская гидроэлектростанция мощностью 400 кВт, старые агрегаты которой успешно отремонтировали ижорские энергетики. В феврале 1942 года заводу был выделен дизельный энергопоезд мощностью 240 кВт, он находился под прицельным огнем врага.

    В начале июня 1942 года в результате многочасового обстрела главной плотины и гидроэлектростанции были разрушены проезжая часть дороги, водовод, один гидрогенератор и сильно поврежден другой. Разрушение плотины грозило катастрофой для завода и всего Колпина: затоплением цехов и обесточиванием завода. Мастер И.Ф. Горюнов и главный энергетик Ф.С. Лазарев спасли ситуацию: под продолжавшимся обстрелом они перекрыли шандоры головной части плотины. После прекращения обстрела электростанция была восстановлена.

    Для 72 Ижорского ОПАБа создавались передвижные огневые бронеточки, оснащенные станковыми пулеметами и орудиями на лафетах собственной конструкции. Командир батальона Г.В. Водопьянов вспоминал: "На Ижорском и Балтийском заводах за короткий срок было собрано для нашего батальона восемь бронемашин. Теперь в нашей части стало восемнадцать боевых экипажей. Одновременно с этим ижорцы оснастили наши доты и дзоты новым вооружением. Отправляли такое же вооружение для огневых точек и соседним воинским частям. Не испытывали мы недостатка и в обогреве наших землянок и блиндажей. Завод обеспечил нас и соседей печками для отопления".

    Когда линия фронта приблизилась к стенам завода, ижорцы организовали ремонт бронемашин, минометов и небольших артиллерийских систем. В своем блокадном дневнике начальник цеха М.Н. Шендеров писал: "Завод на огненной черте стал подразделением Ленинградского фронта. Нередко прямо с передовой приходили броневик или танк. Артиллеристы привозили подбитые орудия. Каждому ясно было, что такую работу надо выполнять "экспресс-темпами"..."

    Из ижорской брони изготовлены защитные сооружения не только Слуцко-Колпинского оборонительного рубежа, но и других участков Ленинградского фронта. Было изготовлено 363 артдота под орудия от 45 до 152 мм, 1184 дота для пулеметчиков, 588 дотов для расчетов противотанковых ружей, 2300 лобовых броневых плит с заслонками для дзотов. Всего на броневые сооружения пошло 18 400 тонн брони. В этом большая заслуга начальников цехов М.Г. Шендерова (цех N31), С.А. Форисенкова (N9), П.А. Рожкова (N19), главного конструктора А.Н. Баранова, главного технолога А.П. Межевова, конструкторов С.И. Сенина, Н. Лугова, А. Юдина, В.И. Голова, гарантийного механика по механизмам М.Г. Козырева.

    В ижорскую броню одеты катера, минный заградитель "Гарибальди", флотский бронепоезд "Балтиец", бронепоезда N30 (его строительство начали 3 августа 1941 года на ИЗ, а завершили 12 ноября 1941-го на Ленинградском металлическом заводе) и "Народный мститель". Были изготовлены десятки морских артиллерийских башен Б-13 и Б-34, 335 корпусов и башен для танков КВ, 479 броневиков БА-10. Ижорцы обеспечили ленинградское минометное производство трубами для стволов. Было организовано производство и освоен выпуск реактивных мин М-30. Цех N19 с середины 1942 года перешел на выпуск снарядов для "катюш" и 152-мм пушек, броневых башен для дотов, ручных насосов для откачки воды из траншей и окопов.

    В условиях постоянных обстрелов в мае 1942 года с ИЗ на берег Ладожского озера было отправлено 600 тонн насосных труб диаметром 100-102 мм, выпущенных еще до войны. Из них от железнодорожной станции Ваганово до мыса Кареджи по дну озера водолазами ЭПРОНа был проложен трубопровод длиной 30 километров, из которых 21,5 под водой. С 20 июня 1942 года войска Ленинградского фронта и осажденный город стали получать 300 тонн горючего в сутки.

    Зимой 1943 года ижорцам, работавшим на площадке завода N174, поручили ответственный заказ - создать для Балтийского флота серию судов так называемого "малого флота": морских охотников, минных тральщиков, шхерных мониторов (морских бронекатеров). Вскоре на сборочных стендах появились первые ходовые рубки, артиллерийские башни, секции корпусов. Одновременно велось и бронирование линейных кораблей, получивших повреждения. Изготавливались также барбеты для миноносцев, щиты, щитки и ловушки различных модификаций и назначений, вращающиеся поворотные башни, санитарные тележки, бронезащита для скорострельных зенитных пушек.

    В январе 1943 года, сразу после прорыва блокады, в Колпино приехали наркомы судостроения И.И. Носенко и тяжелого машиностроения Н.С. Казаков, являвшийся до войны директором завода, представители ЦК ВКП(б) и Госплана. Они осмотрели все разрушения и наметили первоочередные задачи для возобновления работы предприятия. В 1944 году, как только врага отогнали от стен Ленинграда, в Колпино стали поступать станки и материалы, возвращалось эвакуированное ижорское оборудование.

    В тяжелейших условиях работал Колпинский хлебозавод, часто выходивший из строя от прямых попаданий и разрывов снарядов. Его остановку вызывали также повреждения городского водопровода и электролинии. Но коллектив, которым руководил Василий Егорович Тимофеев, принимал решительные меры по устранению повреждений и тем самым не допускал срыва в обеспечении населения и воинов Красной Армии хлебом. Ему помогали службы и подразделения МПВО района. Когда был выведен из строя водопровод и хлебозавод остался без воды, бойцы МПВО доставляли воду бочками от берега Ижоры, где были установлены насосы.

    Приведем записи из дневника, который во время блокады вел директор хлебозавода В. Е. Тимофеев:

    "С 27.01.42 по 12.02.42. - работаем без подачи воды и электроэнергии. Тестомесов собрано 18 человек. Водовозов 40 человек. Воду возим в бочках на саночках. Для света используем лучины и карбидовые лампы. От них ужасно болит голова. Но работать надо. Хлеб нужен фронту и городу.

    21.02.42. - Идет артперестрелка. Снаряды рвутся по близости. Нет подхода муки. К вечеру нашли выход. Полевой хлебозавод дал вагон займы.

    09.03.42. - Воду возим с реки весь день. Обещают к вечеру подать электроэнергию. Будем качать помпой.

    31.03.42. - Весь день артиллерийская дуэль. Рабочему Махову осколком оторвало ступню ноги. Одного парня рядом с ним убило. Воды и электричества нет. Работаем".

    Для гарантированного электроснабжения хлебозавода с ИЗ была доставлена и установлена блокирующая станция мощностью 30 кВт. Не было случая, чтобы защитники города не получили бы положенной нормы хлеба.

    За период блокады два основных предприятия Колпино: Ижорский завод и хлебозавод выпустили продукции на сумму 75 417 500 рублей в ценах 1944 года.

    Десятки домохозяек выполняли заказы Красной Армии. В доме N1 по улице Культуры организовали пошивочную мастерскую, в которой ремонтировали обмундирование, шили маскировочные халаты, изготавливали финские ножи и печи-времянки.

    Частые повреждения городского водопровода прерывали работу городской бани, обслуживавшей не только гражданское население, но и воинов Красной Армии, находившихся на линии обороны. И тогда в короткий срок на берегу Комсомольского канала, напротив городской бани, построили дублирующую насосную станцию.

    Колпинскую электросеть в годы блокады возглавлял А.Б. Инденбом. С целью непрерывного обеспечения электроэнергией предприятий, воинских подразделений, учреждений и организаций были установлены передвижная электростанция с газогенератором мощностью 100 кВт и электростанция мощностью около 1000 кВт, смонтированная в железнодорожном вагоне. С их монтажом задача по обеспечению города электроэнергией была решена. Восстановление основной электролинии, идущей из Ленинграда в Колпино (мощностью 100 тыс. кВт), и линий внутри города осуществлялось силами бойцов энерговосстанавливающего отряда 212-й роты МПВО.

    Литература:

    1. Бурим Л.Д. Ефимова Г.А. Ижорские заводы. Исторические очерки. СПб, 1997.
    2. Бурим Л.Д. Колпино. СПб, 2003.
    3. Колпино - город воинской славы. Альбом. Составители: Л.Ю. Бранц, Л.Д. Бурим, Г.А. Ефимова. СПб, 2012.
    4. Кутузов Е.В., Ефимова Г.А., Ирклей А.С. Ижорский завод. Часть II. Лениздат, 1974.
    5. Сизенов Е.П., Ефимова Г.А., Иволга Р.С. История Колпина. СПб, 2007.
    6. Сизенов Е.П., Ефимова Г.А., Иволга Р.С. Подвигу твоему, Колпино. СПб, 2010.
  • Воинские части и соединения, сформированные из населения города

    5 июля 1941 г. в Колпине был создан Штаб обороны в составе председателя райисполкома Александра Васильевича Анисимова, секретаря райкома ВКП(б) Василия Ивановича Шевцова, секретаря парткома Ижорского завода Алексея Ивановича Семейкина, военного комиссара Владимира Александровича Быкова, начальника райотдела госбезопасности Степана Ивановича Маланьина. Одной из задач штаба было формирование добровольческих частей и соединений. 30 июня создана районная комиссия по отбору добровольцев в Народное ополчение.

    В ночь на 10 июля специальным маршрутом в Ленинград из Колпина прибыл первый отряд добровольцев - 901 человек, в том числе 114 «самокатчиков» на велосипедах для пополнения 4-й дивизии Народного ополчения, формировавшейся в Куйбышевском районе Ленинграда. Отправке предшествовал многолюдный митинг; заводчане преподнесли в подарок добровольцам 200 комплектов шанцевого инструмента и четыре баяна. О высоких моральных качествах прибывших ижорцев говорилось в рапорте начальнику отдела Ленинградской армии народного ополчения: "Колпинское пополнение по многим данным производит очень хорошее впечатление. Несмотря на то, что многие из прибывших не служили в Красной Армии, они проходили военную подготовку у себя на заводе. Возраст прибывших от 23 до 30 лет. Уже на первых порах они проявили высокую сознательность и дисциплинированность". Бойцы отряда воевали на дальних подступах к Ленинграду.

    27 июня из рабочих Ижорского завода началось комплектование 75-го истребительного батальона (командир С.Е. Коломицев, комиссар К.И. Мохов). С 5 июля его личный состав перешел на казарменное положение и размещался в школе N403 (ул. Володарского, д.6). В конце июня - начале августа формируются 73-й истребительный батальон (командир Н.И. Харченко, комиссар П.Н. Смирнов) и 74-й истребительный батальон (командир И.С. Грищенко, комиссар Н.И. Егоров). Численность 73-го истребительного батальона - 205 чел.; 74-го - 180 чел., 75-го - 215 чел. В обязанности батальонов входило: охрана стратегических объектов и борьба с диверсантами, сигнальщиками, вражескими парашютистами. Личный состав батальонов продолжал работать на заводе, а после смены отправлялся в казармы, где обучался стрелковому делу, тактике ведения боя.

    Истребительные батальоны вместе с другими добровольческими формированиями успешно отразили натиск врага и защитили колпинские рубежи в тяжелых боях сентября 1941 года. 30 сентября 1941 г.73-й (на 21 сентября - 269 чел.) и 74-й (на 29 сентября - 203 чел.) истребительные батальоны вошли в оперативное подчинение 3-го стрелкового полка 86-й стрелковой дивизии. В ходе двухнедельных боев за овладение рощей Фигурная на левом берегу Тосны батальоны понесли огромные потери. Оставшиеся в строю бойцы в количестве 42 человек 18 октября 1941 г. влились в 75-й батальон (после объединения - около 110 чел.) 21 декабря 1941 г. личный состав 75-го истребительного батальона, имевший все еще статус ополченцев, был призван на действительную службу и переформирован в отдельную 75 истребительную стрелковую роту. Задача роты - охрана порядка в Колпине. Приказом от 3 января 1942 г. часть её личного состава мобилизована в Красную Армию и передана на укомплектование 288-го стрелкового полка НКВД.

    Ленинградские Обком и Горком партии приняли совместное постановление о формировании партизанских отрядов: 230 отрядов в Ленинграде и 70 - в области. В Колпине предполагалось создать 3 партизанских отряда. Командирами были отобраны председатель Колпинского райисполкома Александр Васильевич Анисимов, директор колпинской школы N398 Александр Иванович Бояринцев и сотрудник Ижорского завода, известный колпинский спортсмен Глеб Яковлевич Кащеев. Десять дней они учились на курсах партизанских командиров в Левашево. Формирование двух партизанских отрядов проходило на базе школы N401 на Лагерном шоссе. По воспоминаниям А.И. Бояринцева, эта работа длилась всего 2-3 дня, т. к. в связи с наступлением противника личный состав отрядов был направлен на передовую.

    Колпинцы и ижорцы пополнили добровольческие формирования, прибывшие в Колпино и Московскую Славянку 17 августа 1941 г. и имевшие сильные потери: 283-й ОПАБ (отдельный пулеметно-артиллерийский батальон; командир - полковник В. Худский); 261-й ОПАБ (командир ст. лейтенант Н.Н. Гагарин) и 289-й ОПАБ (командир майор В.А. Барышников). К концу 1941 г. в составе этих ОПАБов воевало от 50 до 85% колпинцев. В октябре 1941 г. ОПАБы, оборонявшие Колпино, вошли в состав 55 армии Ленинградского фронта.

    Самое знаменитое местное воинское формирование - 72-й Краснознаменный Ижорский отдельный пулеметно-артиллерийский батальон (ОПАБ) . Его формирование проходило в несколько этапов.

    21 августа Военсовет Ленинградского фронта издал приказ о формировании из числа трудящихся предприятий и учреждений 150 рабочих батальонов численностью по 600 человек каждый по территориально-производственному признаку. Штаб обороны Колпина поручил сформировать рабочий батальон инженеру отдела реконструкции Ижорского завода Георгию Вениаминовичу Водопьянову. Комиссар - Н.А. Шмелев, начальник штаба - А.П. Еремеев. К 25 августа в батальоне было 110 человек. 27 августа батальону была придана кадровая рота бронемашин. Другое название этой части - Артпульбат Г.В. Водопьянова.

    28 августа 1941 года районный штаб обороны решил создать еще один рабочий батальон из ижорцев. Его возглавил инженер Ижорского завода Василий Сергеевич Кудрявцев. Комиссар - Г.Л. Зимин, начальник штаба - В.В. Семенов.

    В ночь с 28 на 29 августа на Ижорском заводе из рабочих ночной смены был сформирован отряд численностью 61 человек, который возглавил председатель Колпинского райисполкома А.В. Анисимов. Это формирование вошло в историю, как отряд Анисимова.

    Приказом штаба Слуцко-Колпинского укрепрайона N11 от 7 сентября 1941 г. рабочие батальоны Г.В. Водопьянова, В.С. Кудрявцева и отряд А.В. Анисимова были объединены в Ижорский ОПАБ в составе трех стрелковых и одной пулеметной роты. В составе батальона был также броневзвод (позднее бронедивизион) под командованием Ивана Феоктистовича Черненко. С августа 1942 года официальное название части - "72-й ОПАБ" .

    Командиры 72-го ОПАБа: В.С. Кудрявцев (до 29 октября 1941 г.), Г.В. Водопьянов (с 29 октября 1941 г. до конца войны). Комиссар батальона - Г.Л. Зимин. К концу сентября 1941 г. в батальоне насчитывалось 1400 бойцов. 23 сентября 1941 г. бойцы Ижорского батальона получили армейское обмундирование.

    Ижорский батальон, находящийся в оперативном подчинении штаба 55 армии Ленинградского фронта, сохранил статус отдельного подразделения.

    Все годы блокады 72-й ОПАБ в невероятно трудных условиях вел активную оборону, уничтожая живую силу противника, подавляя его огневые точки, совершенствуя воинские знания. В 1942 году в батальоне развернулось снайперское движение. Только в 1942-1943 годах снайперы Ижорского батальона уничтожили 2837 солдат и офицеров противника.

    24 января 1944 года Ижорский батальон вместе с частями 55-й армии перешел в наступление на сильно укрепленный узел обороны немцев - Федоровское. Преодолев сопротивление противника, батальон стал продвигаться в направлении Павловск - Вырица и дальше: Оредеж - Луга - Псков. С марта по 22 июля 1944 года батальон держал активную оборону под Псковом, а затем в составе 42-й Армии вел бои за овладение городом. "За образцовое выполнение задания командования в боях с немецкими захватчиками, за участие в овладении городом Псковом и проявленные при этом личным составом доблесть и мужество" 72-й ОПАБ был награжден орденом Боевого Красного Знамени.

    Далее батальон вел бои за освобождение Псковской области, Эстонии и Латвии, закончив свой боевой путь на Рижском взморье. Затем его перебросили на охрану границы с Финляндией. Согласно директиве Ленинградского фронта от 26 июля 1945 года воины-ижорцы были демобилизованы. В 1946 году 72-й ОПАБ расформировали, его боевое Знамя хранится в Центральном музее Советской Армии.

    Литература:

    1. Водопьянов Г.В. За Родину, за свой завод. // Заслон на реке Тосне. Сборник воспоминаний. СПб.: Политехника, 2003.
    2. Колпино - город воинской славы. Альбом. Составители: Л.Ю. Бранц, Л.Д. Бурим, Г.А. Ефимова. СПб, 2012.
    3. Помним. Колпинская книга памяти. СПб, 1995.
    4. Сизенов Е.П., Ефимова Г.А., Иволга Р.С. История Колпина. СПб, 2007.
    5. Сизенов Е.П., Ефимова Г.А., Иволга Р.С. Подвигу твоему, Колпино. СПб, 2010.
    6. Сорокин С.В. Отряд Анисимова. // Заслон на реке Тосне. Сборник воспоминаний. СПб.: Политехника. 2003.
  • Выдающиеся исторические личности России (уроженцы города Колпино)

    Андреев Александр Федорович

    (1893-1941)

    Изобретатель

    Родился в Колпине. Получил среднетехническое образование.

    С начала 1920-х годов живет в Ленинграде.

    В 1919 г. разработал первый в мире ранцевый ракетный аппарат на жидкостном реактивном двигателе. Проект был направлен в Совнарком, а из него - в Комитет по делам изобретений. Заявка на патент, получив критический отзыв, была отклонена. В 1925 г. изобретатель подал новый, переработанный вариант заявки. После положительного отзыва эксперта и дальнейшей переделки текста в 1928 г. выдан патент на изобретение. Изобретение не было воплощено в жизнь ввиду отказа в помощи со стороны Центрального бюро по реализации изобретений и содействию изобретательству.

    Изобретение стало шагом вперед в развитии отечественного реактивного ракетостроения.

    Скончался в блокадном Ленинграде от дистрофии.

    Гросс Евгений Федорович

    (1897-1972)

    Физик-экспериментатор

    Родился в Колпине в семье начальника Адмиралтейских Ижорских заводов Ф.Х. Гросса. Окончил Ленинградский государственный университет (ЛГУ; 1924). Физик-экспериментатор.

    Лаборант (1919-1928), ст. научный сотрудник (1929-1934), зав. лабораторией (1934-1935) государственного Оптического института; ассистент (1925-1934), доцент (1934-1935), профессор, зав. кафедрой ЛГУ (1936-1972). Сотрудник (1932-1935), зав. отделом молекулярной физики (1936), зав. криогенной лабораторией (1966-1972) Научно-исследовательского физического института ЛГУ; зав. лабораторией Физико-технического института им. Иоффе АН СССР (1944-1972).

    Член-корреспондент АН СССР (1946). Основные труды по оптике твердого тела и спектроскопии. В 1935 году обнаружил спектры межмолекулярных колебаний, названные по его имени: "гроссовские" частоты.

    Лауреат Ленинской (1966) и Сталинской (1946) премий. Награжден орденом Ленина (1967) и медалями.

    Мустафин Александр Иванович

    (1850-1912)

    Инженер-кораблестроитель

    Родился в Колпине в семье мастерового Адмиралтейских Ижорских заводов. Учился в школе кантонистов, затем окончил Техническое училище Морского ведомства (1874). Практику проходил дома, на АИЗ. Окончил кораблестроительное отделение Морской академии (1884), Британскую королевскую академию в Гринвиче (1886).

    Был зачислен в штат Петербургского порта. Участвовал в строительстве кораблей, был наблюдающим за постройкой кораблей для русского флота за границей. С 1890-х годов - на строительстве кораблей на Петербургских верфях: помощник наблюдающего за постройкой броненосца "Император Николай I", затем ст. строитель. В числе построенных под его руководством кораблей - эскадренный броненосец "Сисой Великий", крейсеры "Паллада", "Баян", "Диана", "Витязь", "Олег".

    С 1907 года в качестве члена кораблестроительного отдела Морского технического комитета курировал постройку кораблей в Севастополе, был пом. гл. инспектора кораблестроения, в 1910-1911 гг. исполнял должность гл. инспектора. В 1911-1912 гг. - начальник кораблестроительного отдела Главного управления кораблестроения и снабжений Морского ведомства. Генерал-лейтенант корпуса корабельных инженеров (1910).

    Томский Михаил Павлович

    (1880-1936)

    Советский партийный и профсоюзный деятель

    Родился в Колпине (настоящая фамилия - Ефремов). Образование получил в Колпинском городском трехклассном училище. С 13 лет работал на предприятиях Петербурга; к 20 годам имел рабочую специальность - хромолитограф. В 1904 году вступил в РСДРП, большевик. Вел партийную работу в Ревеле и Петербурге. Участник революции 1905-1907 гг., неоднократно арестовывался.

    В 1917 г. член исполнительной комиссии Петроградского комитета РСДРП(б), редактор журнала "Металлист", председатель Московского Совета профсоюзов. С 1919 года член ЦК РКП(б). В 1918-1929 гг. - председатель ВЦСПС. С 1922 г. - член Политбюро ЦК.

    В конце 1920-х годов выступал против свертывания НЭПа и форсирования индустриализации и коллективизации. На апрельском Пленуме ЦК (1929) подвергнут резкой критике в числе других сторонников так называемого "правого уклона". В 1930 г. выведен из состава Политбюро.

    С мая 1932 г. - заведующий Объединением государственных книжно-журнальных издательств (ОГИЗ). В 1934 г. переведен из членов в кандидаты в члены ЦК ВКП(б).

    После упоминания на судебном процессе над Г.Е. Зиновьевым и Л.Б. Каменевым и др. в их показаниях его имени застрелился на своей даче в Болшево под Москвой.

    Л.Д. Троцкий о М. П. Томском:

    "Томский (его действительная фамилия была Ефремов) был, несомненно, самым выдающимся рабочим, которого выдвинула большевистская партия, а, пожалуй, и русская революция в целом. Маленького роста, худощавый, с морщинистым лицом, он казался хилым и тщедушным. На самом деле годы каторжных работ и всяких других испытаний обнаружили в нём огромную силу физического и нравственного сопротивления. В течение ряда лет он стоял во главе советских профессиональных союзов, знал массу и умел говорить с ней на её языке".

    Фарих Бруно Васильевич

    (1867-1939)

    Один из пионеров российского автомобилизма

    Родился в Колпине. Происходил из прибалтийских немцев.

    В начале XX века переехал в Москву. До 1929 г. работал в страховых компаниях.

    Автогонщик, один из пионеров российского автомобилизма. В 1901 г. вступил в "Московский клуб автомобилистов", а в 1903 г. и в только что основанное "Российское автомобильное общество". Принимал участие в самых престижных соревнованиях, неоднократно побеждал на них.

    Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

    Фёдоров Михаил Владимирович

    (1916-2004)

    Разведчик-нелегал

    Родился в Колпине в семье рабочего Ижорского завода. В 1922 г. переехал в Ямбург.

    Окончил Ленинградский государственный институт физической культуры им. Лесгафта (ЛГИФК; 1939).

    В 1939 г. зачислен на службу в главное разведывательное управление (ГРУ) Генштаба. Служил в разведотделе Западного особого разведывательного округа. Во время Великой Отечественной войны действовал в тылу врага. С 1944 г. вместе со своей супругой Галиной Ивановной - в Польше. С 1945 г. - в Англии, создавали резидентуру связи в Западной Европе. После возвращения из загранкомандировки продолжили службу в разведке. Всего прослужили во внешней разведке более 40 лет; половину этого срока действовали в нелегальных условиях.

    В 1994 г. в Москве вышла написанная им книга "Будни разведки. Воспоминания нелегалов".

    Награжден орденами Красного Знамени, Отечественной войны I и II степени, Дружбы народов, двумя орденами Красной Звезды, медалями "За отвагу", "За победу над Германией", "За оборону Москвы" и др., а также нагрудными знаками "Почетный сотрудник госбезопасности" и "За службу в разведке".

    Полковник.

    Литература:

    1. Колпинцы. Историко-биографический справочник. Автор-составитель Е.П. Сизенов. СПб, 2009.
Герои Города Техника
Мы в соцсетях
Яндекс.Метрика
© 2006-2019 Музей Победы | info@poklonnayagora.ru